Воскресенье, 11 декабря, 2016 года: USD = 63.3028, -0,0873 EUR = 67.2086, -1,0372

2014 и 2015: Война миров

30 декабря 2014, 08:22

Год уходящий и год грядущий для России и так или иначе связанных с ними стран знаменуют смену эпох, столкновение, а порой и войну мировоззрений в умах и настроениях всех людей – от политиков и экономистов до рядовых граждан.

2014 и 2015: Война миров

Для нас, экспертов мясного рынка, эта «война миров», особый кейс, редкий повод проверить правильность экономических теорий, собственных и чужих расчетов и прогнозов, а также возможность помочь заинтересованным компаниям выработать правильную стратегию и тактику на ближайшую и дальнюю перспективу. 

1. Импортозамещение 

По прошествии более четырех месяцев после введения эмбарго становится ясно, что во многом импортозамещение состоялось, по крайней мере, в базовых позициях продуктовой корзины. Отечественная свинина и птица, пусть не полностью, но все-таки восполнили импортные поставки до уровня бездефицитности и без драматического роста цен под конец года. Технологический потенциал производителей и переработчиков мяса, в целом, позволяет заместить «выпадающий» импорт, правда, в перспективе только ближайших двух-трех лет, и то на условиях августа 2014 года. Однако эта возможность резко сузилась из-за недавних потрясений на финансовом рынке и стремительной девальвации рубля, которые многократно осложнили операционную деятельность российских компаний. 


Вместе с тем, очень жаль, что импортозамещение произошло само по себе, согласно чисто финансово-экономической логике и объективному балансу платежеспособного спроса и доступного предложения, а не успешной реализации государственной политики по привлечению инвестиций, расцвета производства, снижения себестоимости, улучшения качества отечественной продукции и ее всеобщей доступности для любых групп потребителей. Сокращение спроса, наряду с резким удорожанием импортного товара, продолжать «душить» импорт в 2015 году гораздо эффективнее, чем продуктовое эмбарго.


В ситуации обострения экономического кризиса российские агропроизводители смогут воспользоваться этим шансом для импортозамещения исключительно при условии четко скоординированной деятельности правительства, центрального банка, системообразующих банков-кредиторов и региональных властей. Честно говоря, это идеальная ситуация, которая вряд ли сложится в России сегодняшней, переживающих, по словам министра экономики Улюкаева «идеальный шторм». Эксперты ожидают серьезной рассинхронизации финансовой деятельности государства на уровне ЦБ, банков и регионов, что неизбежно повлечет за собой остановки выданных кредитов, кризис ликвидности, перераспределение средств в другие бюджетные корзины на федеральном и региональном уровнях. Это грозит срывом операционной деятельности многих агропредприятий, резким увеличением задолженности, обесцениванием залогов и банкротством. 

  
При сохранении достаточного уровня координации государственной поддержки и предсказуемой экономической политики потребность в мясе птицы можно было бы полностью удовлетворить отечественными ресурсами за два-три года, в свинине – за три-четыре, в молоке и молочной продукции – не ранее, чем за 10-12 лет. Зерновые и масличные - не проблема, если экспорт будет контролироваться и зерновые ресурсы будут больше использоваться на локальном рынке. А вот с зеленью, овощами и фруктами это сделать вообще нереально из-за высокой сезонности и себестоимости производства в нашем климате. 


Однако даже выше отмеченный потенциал импортозамещения может быть реализован не в условиях полной изоляции, а только при сохранении доступа России на внешние рынки, поскольку генетический материал и в растениеводстве, и в животноводстве мы практически полностью импортируем. 


Весьма удручает тот факт, что в течение августа-декабря Россия пытается заменить импорт на импорт, к сожалению, в большинстве случаев – тщетно. Кроме несколько выросших объемов бразильской свинины и говядины, пожалуй, серьезно восполнить импорт мяса из традиционных стран-поставщиков так и не получилось, поскольку именно эти страны имеют определенные излишки продукции, отправляемые на экспорт, а многие из них вообще являются нет-импортерами. Сербия, Аргентина, Уругвай с Парагваем, Албания, десяток других латиноамериканских азиатских и африканских стран так и не смогли предложить России вразумительные цены и стабильные значительные объемы говядины и свинины. 

2. Закат импортеров 

Более чем двадцатилетняя эпоха мясных импортеров подходит концу. Возникшие на волне тотального продовольственного дефицита начала 90-х, западной продовольственной помощи и свободного от пошлин импорта компании, «заточенные» на быструю оборачиваемость мясной продукции пережили десятки запретов, дефолт 98-го, но вряд ли смогут преодолеть запредельную уровень закупочных цен при новом курсе доллара и евро. 


Классические торговые компании-импортеры за эти два десятилетия разбрелись по трем направлениям: одни просто полностью сменили профиль деятельности, другие стали потихоньку вкладываться в отечественное производство, склады и логистику, а третьи продолжали «грызть кактус». Похоже, в условиях наступающего кризиса будущее есть только у тех, кто успел не только вложиться в создание или восстановление профильных мясных и перерабатывающих предприятий, но и развить их до уровня самостоятельных и генерирующих кэш активов. И не беда, что капитализация их стремительно падает пропорционально курсу рубля и отчуждением России от крупнейших финансовых и торговых центров. Им, все-таки, гораздо лучше, чем торговым компаниям, не способным продавать импортный товар по цене в два раза выше, чем полгода назад, и значительно выше, чем российские аналоги. 

3. Пищевая безопасность и безопасность продовольствия 

Безопасность продукции, поставляемой из «альтернативных источников» вообще вызывает сомнения. Мясо водных индийских буйволов, которое все предыдущие годы Россельхознадзор на дух не переносил и не допускал до границ, сейчас представляется как «настоящая нежирная говядина», которая спасет наш мясной рынок. Мясо китайских свиней, за последние несколько лет прославившихся тем, что тысячи их трупов сплавлялись по китайским рекам из-за невозможности захоронить падеж, вдруг стали «въездными» в Россию. Вспомним и экзотические предложениях мяса диких животных из Африки, которые всерьез обсуждаются в коридорах правительственных ведомста. На мой взгляд, подобные «шараханья» наносят серьезный удар по репутации такого уважаемого и эффективного ведомства как Россельхознадзор. 


Впрочем, в этих переговорах есть и положительные моменты: стороны обсуждают условия взаимных (!) поставок, то есть если в обмен на импорт допускается и экспорт, кто знает: может, в будущем на этих условиях Россия будет экспортировать свою продукцию в те страны, которые готовы «кормить» нас сегодня. 


Несмотря на стремительное укрепление позиций Россельхознадзора после ухода Геннадия Онищенко из «конкурирующего» за контроль пищевой продукции ведомства, у Данкверта и его команды по-прежнему недостает ресурсов и рычагов для полноценного надзора за ветеринарным и фитосанитарным состоянием российского импорта и производства. Создание зоны свободной торговли в СНГ, децентрализация системы управления в результате административной реформы, многолетние проволочки в Думе с принятием закона о ветеринарии и стойкое противодействие многих сил внедрению системы электронной сертификации уже привели к тому, что у федеральной службы просто не хватает сил осуществлять свою деятельность в полной мере. Это особенно опасно на фоне непрекращающихся вспышек АЧС, особенно факты поражения ферм таких крупных холдингов, как «Черкизово», и надвигающейся угрозы вспышек новой волны гриппа птиц, охватившей Азию, Европу и Северную Америку и уже трижды зарегистрированной в Сибири. 


4. Контрабанда


Дефолт России в 1998 году привел к тотальному уходу мясного импорта в «черные» и «серые» схемы ввоза, и это естественно в условиях невозможности импортеров оплатить высокие импортные пошлины за внезапно взлетевший в цене товар. 


Однако фактор контрабанды для мясного рынка России в 2014 году представляется несколько преувеличенным, ибо в масштабах огромного продовольственного рынка России «серые» поставки составляли не такой уж значительный объем. Недобросовестные коммерсанты и бизнесмены были и есть всегда и везде, и они постоянно готовы воспользоваться дефицитом на рынке, если чувствуют возможность заработать. Вопрос только в способности и желании государства пресекать такие попытки. Складывается впечатление, что желание и способность в сложившейся ситуации были больше у Россельхознадзора, чем у ФТС или Роспотребнадзора. Более того, «серый» товар частично снял давление с ценников на некоторые виды продукции в сентябре и октябре. 


Уверен, что «торговая война» с Белоруссией – большая ошибка, тем более в преддверии начала работы Единого Экономического Пространства. Мы вмазали большую «ложку дегтя» в бочку меда, и ее горечь еще долго будет ощущаться в наших отношениях. Честно говоря, большинство белорусских коллег реально помогли России быстро решить часть проблем насыщения рынка основными продуктами питания – мясом, птицей, молоком – в условиях, когда переориентация импорта с «запрещенных стран» на новых потенциальных поставщиков с самого начала забуксовала. Если бы не они и их продукты, продовольственная инфляция была бы гораздо выше. 


А массовая контрабанда из Казахстана – это нонсенс, поскольку транзит в Россию через Казахстан интересен только для товаров из Китая, но он довольно строго контролируется на южных границах СНГ. Казахстан сейчас сам страдает от ограничений на транзит продовольствия через Россию, т.к. поставки через Кавказ, Каспий и Туркмению сложнее и дороже. 

5. Откроем ворота для экспорта?


Рост курса доллара, тем более такой, как сейчас – почти в два раза – теоретически открыл бы нашей агропродукции широкие ворота для экспорта (я не комментирую зерно, для которого они и так были слишком широки). В частности, отечественное мясо птицы при курсе доллара в 60 рублей по цене становится на Ближнем Востоке не менее привлекательно, чем бразильское или американское. Однако резкий рост издержек, зависящих от высокого курса валюты (зерно, соевый шрот, ветпрепараты, витамины, оборудование, запчасти и т.п.), наряду с резким увеличением кредитно-финансовой нагрузки, заметно увеличивают себестоимость российский продукции и способны свести почти на нет конкурентные преимущества, предоставленные продовольственным эмбарго и девальвацией рубля. 

 

Помимо этого, для системного и цивилизованного экспорта настоящего мяса птицы (а не лапок и субпродуктов), России предстоит еще долго и трудно согласовывать экспортные ветеринарные сертификаты, а также подтвердить свой статус территории, свободной от гриппа птиц. 


6. Ближайшее будущее 

2015 года ярко и красочно, с конкретными цифрами, подтвердит классические графики 
зависимости различных финансовых, экономических и товарных категорий: 


• курса рубля от цены на нефть, 
• ВВП России и той же цены на нефть, 
• цен на импортную продукцию от курса валют, 
• себестоимости отечественной мясной продукции от курса валют через стоимость зерновых, 
• покупательной способности (реальных доходов) населения от ВВП, 
• спроса на мясную продукцию от покупательной способности 

По прогнозам АГРИФУД Стретеджис, в первом полугодии 2015 года российский рынок мяса будет фиксировать нисходящие тренды по объему: на 3-5% по мясу птицы, на 5-7% по свинине, 7-8% по говядине и 10-12% по мясоколбасным изделиям. Во втором полугодии обострение конкуренции между «сырым мясом» и колбасно-сосисочными изделиями приведет к значительным проблемам у мясокомбинатов и вытеснению их продукции охлажденным мясом , прежде всего, курятиной и индюшатиной. Дефицит говядины и определенный недостаток свинины, оцениваемые совокупно в 500-700 тысяч тонн, позволит птицеводам значительно увеличить свою долю в мясной корзине страны на фоне общего сокращения потребления мясопродуктов. 

  
Не соглашусь с мнением отдельных экспертов, предрекающих, что качество отечественной продукции будет ухудшаться из-за отсутствия конкуренции с импортным товаром. Предполагаемое падение мясного рынка на фоне неизбежного выхода на проектные мощности масштабных производств мяса птицы и свинины приведет к усилению конкуренции среди крупнейших холдингов, борьбе за долю рынков и консолидацию через поглощения. Слишком много было вложено в эти активы, чтобы акционеры позволили им стать убыточными. Агрессивная экспансия ритейла, судя по всему, закончилась, место на полке уже ограничено, а потенциал откормочных комплексов, птицеферм и перерабатывающих заводов продолжает расти, продолжая играть на руку закупщикам розничных сетей, которые умело сталкивают лбами производителей. 


Что касается финансового положения российских компаний, то, несмотря на значительный рост выручки и прибыли у некоторых крупных агрохолдингов, их валютная капитализация резко снизилась из-за девальвации рубля. Кроме того, значительно возросшие репутационные риски Росси из-за украинского конфликта и падение кредитного рейтинга страны в результате обвала цен на нефть весьма негативно сказываются на настроениях инвесторов и, скорее всего, приведут к снижению котировок акций российских агрокомпаний. 


7. Уроки года: плюсы и минусы


Ряд секторов, безусловно, получил значительные выгоды от эмбарго – это, прежде всего, производители свинины, выручка и чистая прибыль которых побила все рекорды за многие десятилетия. А зернотрейдеры до последнего времени пожинали дополнительные доходы от роста цен на пшеницу и обвала рубля.


Однако главные положительные стороны любой проблемной ситуации нематериальны – это бесценный опыт и уроки, извлеченные из ошибок. Эмбарго обнажило и обострило ряд проблем, ранее совсем или недостаточно оцененных и проанализированных. 

  
Например, проблема баланса продовольствия в различных географических зонах: Дальний Восток и Сибирь заметно пострадали от ограничений импортных продуктов, поскольку из аналоги там или не производятся вообще или производятся (кроме рыбы) в минимальных количествах, а их доставка с «большой земли» значительно их удорожает. Возможно, этот урок поможет ускорить инвестиции в местные агросектора или заставит снизить монопольные тарифы на перевозки грузов. 


Другая проблема, уже упомянутая ранее – отсутствие национальных селекционно-генетических центров, способных обеспечить растениеводов и животноводов современным высокопродуктивным семенным и племенным материалом. Для Минсельхоза и правительства вопрос об ускоренном создании таких центров ставится на уровень национальной безопасности. 


Введение эмбарго дало России еще один важный урок: наша страна, при всем стремлении к независимости и самодостаточности, не может выпасть из мировой системы торговых взаимоотношений. Как показывает анализ ФАО, практически все «запрещенные» поставщики мяса и рыбы очень быстро переориентировали свои потоки, ранее направленные на Россию, в другие каналы и рынки и даже выиграли от такой диверсификации. А вот нам пришлось и до сих пор приходится направлять десятки миссий за границу, чтобы не столько сторговаться по цене, сколько согласовать ветеринарные и санитарные требования и сертификаты, номенклатуру продукции и вывести эти согласования на уровень подписания документов, которые только положат начало возможности импорта из новых источников.


Очевидная невозможность контроля грузов, проходящих через границы СНГ, еще раз показала настоятельную необходимость срочнейшего внедрения систем прослеживаемости и электронной сертификации на уровне ЕЭП, за что так долго борется Россельхознадзор.


Введение эмбарго также доказало, что любые ограничительные меры не могут и не должны приниматься экспромтом, а требуют глубокой системной, стратегической проработки, анализа и подготовки на уровне нескольких возможных сценариев развития и их последствий. Концепции эмбарго должны быть поддержаны жесткими и реалистичными расчетами, а не только желанием «заткнуть амбразуру» или показать всему миру «национальную гордость великороссов». Именно поэтому уже сейчас идут разговоры о том, что руководство страны было недостаточно информировано или заведомо дезинформировано о реальном потенциале импортозамещения в России, что частично усугубило проблемы отечественного продовольственного рынка и способствовало неконтролируемому росту инфляции. 

Не зря говорят: Si vis pacem, para bellum («хочешь мира – готовься к войне»). К любой торговой, финансовой и экономической войне всегда нужно готовиться тщательно, системно и расчетливо, с полной уверенностью не только в правоте своих действий и в патриотизме войск, но и в наличии ресурсов, стратегии и команды успешных полководцев. «Войны миров» на мясном рынке России - отечественного производства против импорта, ветеринаров против «контрабаса», мяса против колбасы, птицы против свинины и говядины, правительства против инфляции, поставщиков против розницы, потребителей против цен и многие другие - только начинаются. 

Исход кампании 2014-2015 года подведем через год.

Источник: myaso-portal.ru

Также в разделе:

Вьетнам стал крупнейшим поставщиком мидий в Испанию...

Норвегия: Обзор рынка лосося, неделя 48...

За 10 месяцев в России произведено 84,2 тыс.тонн рыбной муки...

Генассамблея ООН объявила 2 мая Всемирным днем тунца...

Сахалинские родовые хозяйства начинают добычу наваги...

Комментарии (0):

Эту новость еще никто не прокомментировал. Ваш комментарий может стать первым.

Войдите на сайт или зарегистрируйтесь, чтобы комментировать новости.

Также вас может заинтересовать

Австрия предлагает России схему снятия санкций
21 июня 2016, 10:57
Министр иностранных дел Австрии Себастьян Курц считает, что для Евросоюза пришло время найти точки соприкосновения с Россией. Он призвал ЕС двигаться в направлении поэтапного снятия санкций. «Я считаю, что мы должны постепенно прийти к такой модели, при которой в обмен за каждый шаг...
Программа импортозамещения будет длиться десять лет
24 августа 2015, 10:58
Глава Минсельхоза Александр Ткачев рассказал, что России для выполнения в полной мере программы импортозамещения требуется десять лет. Именно за такой срок страна сможет полностью перейти на продукцию и материалы, произведенные в России, пишет «Российская газета».  «Если...


Авторизуйтесь,
чтобы получить доступ к личному профилю.

Недавние ответы:
Горячее предложение